Ограничение доступа к делам репрессированных: как новые правила влияют на исследование прошлого
В государственных архивах начали применяться правила, позволяющие закрывать не только секретные, но и несекретные материалы, если существует риск для государственной безопасности и интересов страны.
Действуют ограничения на защиту личной и семейной тайны на 75 лет; после этого доступ обычно открыт, но новые регламенты позволяют ограничивать доступ к отдельным документам при угрозе государственной безопасности.
В октябре 2024 года правительство разрешило закрывать сведения даже если они не подлежат госсекретности из‑за потенциальной угрозы интересам страны. В марте 2025 года Росархив утвердил порядок: специальная комиссия готовит заключение, а руководитель ведомства принимает решение.
Как исследователям перестали выдавать дела
В сентябре 2025 года исследователю Олегу Новоселову перестали выдавать дела репрессированных в свердловском архиве, потребовали подтверждение родства. Аналогичные ограничения зафиксированы в Челябинской и Костромской областях.
При этом Росархив в октябре 2025 года сообщил, что комиссия ещё не рассматривала дела и не принимала решений об ограничении доступа.
Как потомок репрессированных пытался отменить приказ
Адвокат Владимир Редекоп изучает судьбы родственников, пострадавших от репрессий, но не всегда может подтвердить родство документами. В апреле 2024 года МВД в Амурской области не выдало копию дела реабилитированного, сославшись на служебные сведения.
Редекоп подал иск в Верховный суд. В феврале 2026 года суд признал порядок законным и отказал в иске, а в мае оставил решение в силе после апелляции. При этом отдельного решения Росархив об ограничении доступа к запрошенным документам не принимал.
Как доступ ограничивали раньше
Исследователь Денис Карагодин в 2016 году получил акт о расстреле прадеда; в 2019 году Новосибирский госархив закрыл два партийных фонда КГБ и управления внутренних дел — по официальной версии — для проверки документов на секретность.
В 2020 году новосибирское УФСБ отказало Карагодину в выдаче копий 26 протоколов Харбинской операции НКВД: они касались тысяч человек; прокуратура требовала заранее указать фамилии — хотя Карагодин хотел их выяснить.
Почему власти ограничивают доступ к прошлому
Администрация президента объясняет меры защитой архивной информации от искажений и использования в интересах недружелюбных государств.
Историки отмечают, что изменение государственной исторической политики влияет на полноту архивов: ограничение затрудняет подготовку книг памяти, проекты по установлению имен жертв и прочие инициативы по памяти.
Эти меры усложняют работу исследователей и снижают шанс восстановления полного прошлого.
