Российская экономика переживает сочетание факторов, похожее на «идеальный шторм»: локальные удары по перерабатывающим мощностям и одновременное снижение мировых цен на нефть.
Что произошло
Серия атак беспилотников по заводам и НПЗ привела к ощутимому сокращению выпуска бензина: по данным отраслевых источников, в июне производство упало примерно на 25% по сравнению с мартом 2026 года и с аналогичным периодом прошлого года. Это вызвало рост цен на топливо, локальные ограничения продаж и убытки для перерабатывающих компаний.
Почему это бьёт по доходам
Тем не менее прямой эффект для федерального бюджета оказался ограниченным: основная доля нефтегазовых поступлений формируется налогами на добычу, а не на переработку. При сокращении работы НПЗ избыточная сырая нефть часто перенаправляется на экспорт, что смягчает падение сборов.
Главная проблема — изменение мировых цен. После разблокирования Ормузского пролива котировки нефти вернулись к доконфликтным уровням, и именно это начало серьёзно снижать экспортные доходы. Дополнительное давление создаёт риск возобновления ограничительных мер в отношении экспорта.
Варианты давления и возможные последствия
Эксперты предлагают ряд мер, которые могли бы ограничить притоки от экспорта: ужесточение инспекций, задержания судов и повышение штрафов за обход санкций. Полная блокада важных морских коридоров маловероятна из‑за риска эскалации, но даже более частые проверки способны поднять стоимость обхода санкций и снизить доходы.
В итоге сочетание локальных ударов по инфраструктуре и глобальных ценовых шоков создаёт серьёзные испытания для экономики: властям и бизнесу придётся искать пути адаптации к новым реалиям рынка.